...Он известен своей репутацией. Тем, что живет отдельно от всех, "всей этой суеты" не касаясь. Подозревается в том, что не за того себя выдает. Поклонники до сих пор уверены, что за его неоткровенность профессионалы ему мстят, а критики не приняли его спектакль "Горе от ума" просто из вредности. Его знают все, но о нем - ничего конкретного. Стало уже общим местом упоминать в связи с ним, что он не дает интервью, никогда не откровенничает о личной жизни и не пускает в дом чужих. Однако так делают и другие, но никто не обвиняет их, как Меньшикова, в том, что они капризны и высокомерны. Что бы ни сказал Меньшиков, как бы он ни промолчал - каждое лыко ставится ему в строку. И любая рассказанная о нем история тут же превращается в миф. Считается, что такова плата за успех. Так легко ли быть Меньшиковым? Уверенные в том, что сам он на этот вопрос не ответит, мы попросили рассказать о нем его партнершу, Татьяну Догилеву. Она согласилась, но только после звонка Меньшикову. "Но имейте в виду, это мое ощущение. Оно может быть совершенно ошибочным. Это я так его вижу".

- Вы встретились в самом начале, на "Покровских воротах", а недавно сыграли вместе в фильме "Восток-Запад".
- Да-а, дистанция, восемнадцать лет. Но мы никогда не теряли связи. "Восток-Запад" у нас пятый фильм.

- Он стал за эти годы другим?
- Ну, было бы глупо, если бы все осталось по-прежнему.

- Первую встречу помните?
- А как же! На пробах к "Покровским воротам". Козаков пригласил меня на роль Светланы, потому что отказалась Ирина Муравьева. А Костика он называл другого - очень красивого артиста, просто нашего Алена Делона. Но ему привели еще несколько молодых людей. "На всякий случай", - как выразился Михал Михалыч. В том числе и Меньшикова. Это было рано утром, все притащились на съемку сонные, не вполне продравши глаза. И тут мне показывают его. Полноватый молодой человек, в белой рубашке с длинными рукавами, то есть абсолютно немодной, - ну глаз не на чем остановить. Партнер в этот момент, как вы понимаете, меня абсолютно не волновал: я знала, что утверждена без проб, а партнер будет другой. Вот с таким настроением мы и начали - сцену первой встречи Костика со Светланой. А потом... как только Олег открыл дверь и сказал "О!", стало ясно, что Костик - это только он. Ни о каком сне уже не было и речи, все страшно оживились, встрепенулись. Прохохотали всю съемку. Потом мы все очень подружились на долгие годы.

- Почему, перечисляя своих режиссеров-учителей, Меньшиков называет чаще Михалкова и Балаяна, а не Козакова?
- Не знаю. Может быть, потому, что Михал Михалыч вроде бы нас ничему и не учил? Только задирал вверх большой палец и всем восхищался. Это теперь фильм - классика, а тогда мы не считали, что создаем нечто культовое. Знаю, что Олег долгое время считал Костика своей лучшей ролью. От чего, кстати, достаточно расстраивался, потому что не было достойных ролей.

- А в 1985 году вы пошли строить новый театр.
- Валерий Фокин стал главным режиссером в Театре Ермоловой и позвал туда много хороших артистов. В том числе Меньшикова, Балуева, Лену Яковлеву из "Современника", я вот перешла из Ленкома. Мы были молоды, романтичны, наивны, да-да, и одержимы идеей создать нечто невероятно прекрасное. На тот момент. И тут Меньшиков сразу получает афронт. Он уже был киноартистом, перешел из Театра Советской Армии, где мог выбирать роли, где очень хорошо играл Ганечку Иволгина в "Идиоте".А Фокин ставил тогда публицистический спектакль "Говори!" по колхозным очеркам Овечкина, и Олегу дают роль... секретарши какого-то начальника. То есть секретаря, конечно, но профессия-то женская, и вся роль в двух словах, что-то такое: "Возьмите трубочку, вам из обкома звонят". Успех был шумным, спектакль стал одним из знаковых в период перестройки. Но это все потом. А сначала Олег ходил с опрокинутым лицом и советовался, что делать. Ну, действительно, молодому романтическому герою дают роль секретарши! Олег был, помню, очень обескуражен. А когда смирился, он этого секретаря так смешно стал играть, начал так дурить! Мы просто насмерть заливались хохотом в зале, когда его герой, обмирая, выскакивал на сцену и шептал: "Возьмите трубочку! Обком!!!" Это сейчас Олег у нас романтически-загадочный герой, и у него это прекрасно получается, но мне жаль, что никто не использует его комедийные возможности. А потом его ждало еще одно страшное разочарование - "Спортивные сцены 81 года", где он получил роль маменькиного сынка партийной элиты, который абсолютно ни на что не годен и ничего, кроме жалости, не должен вызывать. Я играла его жену - из простых, но умелых, а его родителей - Татьяна Доронина и Виктор Павлов. Сначала он и эту роль воспринял в штыки и тоже желал подавать заявление об уходе: "Не хочу я это играть! Что, я ради этого сюда пришел?!"

- Ну все же знают, как обычно долго молодые артисты "ходят у воды", то есть играют "кушать подано".
- И тем не менее. Роль такая Олегу показалась незавидной, и он страшно переживал. Пока мы не втянулись в работу. Его надо втянуть, и тогда все встает на свои места. В нем просыпается кураж.

- Есть артисты, которые прибегают на спектакль в последний момент, есть те, кто в этот день ничего не ест, а он как готовится?
- Никак. Может трепаться до последней минуты, рассказывать анекдоты, всех смешить.Никак не готовится. Входит в кадр и потрясающе играет. Я спрашивала: "Ты дома готовишься?" - "Ну да, думаю понемногу". Он может, правда, отказаться от трудной съемки. Вдруг. Но тоже иногда кажется, что по лени, а не из высших соображений.

- А как он репетирует?
- А он не репетирует. На репетиции никто его не заставит играть на полную катушку. Он сам себя не заставит. Организм такой. Слоняется по сцене, что-то бормочет себе под нос. Чем страшно раздражает партнеров и режиссеров. Ну, раньше раздражал, когда на него смотрели как на обыкновенного артиста. Сейчас-то все по-другому.

- Доронина его не "строила"?
- Татьяна Васильевна, человек очень умный, его страшно полюбила и называла Малыш. Артистка-то она от Богa и чует талант сразу и безусловно. Все эти легенды, что у Дорониной капризы и тяжелый характер, в нашем случае не подтвердились. В результате Олег очень хорошо сыграл, ему уже самому роль стала нравиться, но играть начал - только на генеральной.

- И Фокин с этим не спорил?
- А с Меньшиковым особенно не поспоришь. Он не любит ни спорить, ни отстаивать свое мнение. Никогда.

- Неужели покорно подчиняется?!
- Нет... уходит. Ему кто-то что-то скажет, он вроде сделает вид, что слушает, а то выйдет - покурить. Это сначала. А потом и вообще уходил. Режиссер что-то ему скажет, а он, ни слова не говоря, поворачивается и уезжает домой. И все. Не выясняя отношений. Это у него такая совершенно замечательная черта. Поэтому с ним всегда мало кто спорил... Потом он сыграл Робеспьера во "Втором глотке свободы", не сыграл в "Приглашении на казнь" Набокова. Инсценировку сам написал, мечтал сыграть главного героя, Цинцинната, а Фокин предложил ему отрицательную роль. И он ушел. На вольные хлеба. Разочаровался, видимо, в мечте, которую мы все так лелеяли. Стало понятно, что театр пошел другим путем, который Олега не устраивал.

- Он не любит давать интервью. Почему? Потому что будут неудобные вопросы? Потому что его время расписано по минутам? А может, он просто не златоуст?
- Нет, говорит он хорошо. У него блестяще подвешен язык. Когда ему надо. Он всегда душа компании, и в косноязычии я его обвинить никак не могу. Он просто не считает нужным публиковать, афишировать свои мысли. Никогда этого не любил. Мы-то с ним иногда говорили. Но и то по молодости. Он говорит - с теми, с кем дружит на сегодняшний день, с кем у него на сегодня общая волна настроений, мыслей. Общая работа.

- Значит, слава его не изменила?
- Он таким был всегда. Никогда не выяснял отношений. Когда ему все становилось и так ясно, он просто переставал общаться. И никогда не объяснял своих поступков. Многие его обвиняли, в том числе и я сначала, в необязательности - например, сказал, что перезвонит, и не перезванивает, ничего не объясняя, - пока я не поняла, что его нужно принимать таким, как есть. Или не общаться вовсе.

- Но так очень трудно жить! Так можно очень много людей потерять. Он не дорожит дружбой?
- Ну, как вам сказать... Те, кто с ним дружит, должны его принимать таким, как есть.

- Вы все друзья ему одному все прощаете, а он вам всем ничего и никогда?
- Видите, вот поэтому он и не любит давать интервью. Вот так вот вы и пишите, и сочиняете образ капризной звезды. Он просто страшно не любит посягательств на свою внутреннюю свободу. У него всегда была мечта: не делать, если не хочешь. Он ее воплотил.

- И никакого страха: "Откажусь, не позовут больше, давно не звонят - забыли"?
- Никогда не было. Наверное, он был настолько уверен в себе или таково его максималистское отношение к профессии... Это меня всегда в нем и убивало. Вот этим мы и отличаемся друг от друга. Вернее, он от всех.

- Вы могли бы представить его не артистом?
- Он мне много раз говорил, что мог бы быть кем-то другим. Что если бы у него было огромное количество денег и он мог бы повести такую жизнь, какую хотел, он и не играл бы.

- А как заработать огромное количество денег, не интересовались?
- (Смеется.)Это были наши романтические мечты, других идей и профессий в голове не было.

- Не разговаривать по душам, не играть, если не хочешь, - это же может взорвать актера изнутри. Он такой самодостаточный?
- Во всяком случае истерик я у него не наблюдала. Разозлиться - мог. Он интраверт. Зато у него были радостные, фейерверочные проявления, компании, ночи напролет, гитара, рояль, "Гасите свечи, господа, гасите свечи!". Очень он это дело любит.

- А производит впечатление одинокого и отдельного человека.
- Не знаю, не знаю. Мы сейчас общаемся крайне редко, только перезваниваемся, но на фильме "Восток- Запад" у меня не было впечатления, что он одинок.

- Режиссер фильма Режис Варнье заметил: я так и не понял, то ли Олег очень гордый, то ли очень закомплексованный.
- Он и не мог понять, Варнье-то! Олег и там держал дистанцию. Не считал нужным выворачиваться наизнанку - чего, в общем, хотел Варнье. Олег относился к нему с симпатией. К нему по-иному и нельзя относиться. Но тесной дружбы не случилось.

- Что его может вывести из себя? Что он не выносит? Что для него вообще не исключено?
- М-м, дайте подумать... Конечно, исключено предательство общих интересов. Если он поверит человеку, а тот окажется не таким, отношения рвутся сразу.

- Он доверяет первому впечатлению?
- Раньше был намного доверчивее. Как все мы. (Смеется.)

- Ему ведь так везло на партнеров, на режиссеров. А у меня впечатление, что он все время ждет подвоха. В его положении можно было бы и расслабиться.
- Он же где-то сказал: "Каждый волен жить так, как он живет". У меня нет ощущения, что Олег зажат. Он всегда хотел общаться, с кем хочет, играть то, что хочет. И, надо сказать, он выстроил так свою биографию. Не знаю, правда, как ему это удалось.

- Он рисковый человек: или все, или ничего?
- Нет. Просто прислушивается к внутреннему голосу, понимаете? Многие из нас что-то заставляют себя делать, погрязли в необязательных связях, дружбах. Он этого себе не позволяет. На мой взгляд, ему удалось то, к чему он стремился. Когда он решил ставить "Горе от ума" в антрепризе, я, например, считала это безумием. Вы не представляете, что такое многонаселенный спектакль в антрепризе! А он это сделал. До сих пор не понимаю, как - чтобы артисты не разбежались, чтобы деньги найти...

- Он умеет сам находить деньги? Или убеждает? Или к нему сами идут, привлеченные именем?
- Не идут сами. В том-то и дело, что сначала вроде бы все давали, а потом, как всегда в антрепризе, все отказали. Все сам сделал.

- Как?!
- Вот так! Неизвестно. Теперь делает следующий проект, современную пьесу Максима Курочкина "Кухня", опять бред сумасшедшего. У него все ходы необщего ряда. А как получается - не знаю. Либо надо огромное везение иметь, либо огромную веру в свои силы, либо необычный взгляд на жизнь, на профессию, на себя. Наверное, у него все это есть. Ну вот скажите, а то, что он, завоевав положение в Англии, получив премию Лоуренса Оливье, вернулся, - это нормально?

- История с Ванессой Редгейв помогла ему здесь стать королем. Может быть, именно спектакль с ней и стал решающим поворотом в его карьере.
- Он и роль-то эту получил при невероятном стечении звезд и обстоятельств! Он напрочь всегда отказывался говорить по-английски. Даже ключи в гостинице на зарубежных гастролях за него просила я.

- Он к языкам не расположен?
- Как выяснилось, распложен! Катрин Денев же сказала, что он не просто говорит на чужом языке, а играет. Вся съемочная группа "Восток-Запад" после его игры целовала пальцы и говорила: "Манифик! У него акцент долго живущего в Париже человека..." Но, если бы ему, например, надо было ехать самому встречаться с Ванессой Редгрейв в Москве, он бы и шагу не сделал! А случилось так, что она сама пришла в Театр Моссовета смотреть "Калигулу" и влюбилась в него как в актера. Чистая случайность. И роль оказалась на русском языке - Есенин другого не знал. И вот только в этих обстоятельствах Меньшиков смог поехать. Потом он получил мощного агента английского, сыграл еще спектакль "Игроки", но порвал все отношения и вернулся. У него другие представления о жизни, карьере, профессии. А какие - лучше, наверное, спросить у него. Но он не скажет.(Смеется.)

- А вы не пробовали спросить?
- Спрашивала. "А мне там не нравится!"

- Понятие карьеры в принципе для него не существует? Он не честолюбив?
- Честолюбив, безусловно. Но понятия карьеры как официального положения, что ее надо строить, как нам внушали старшие товарищи, этого у него нет.

- Из тех ролей, что у него были, в какой он ближе к себе?
- У него нет такой роли.

- А совсем не он?
- Ганечка Иволгин из Достоевского. Или "Спортивные сцены..." - это, точно, не он.

- А ваша самая любимая роль Меньшикова?
- "Калигула". Он же носился с ней несколько лет. "Умираю, - говорил, - как хочу сыграть". И тут стало известно, что Фоменко ставит "Калигулу". Олег мне позвонил: "Что делать?" Я говорю: "Надо звонить". - Я же не могу ему сам позвонить?!" Тогда я сказала, что я позвоню.

- Значит, умирал, как хотел, но попросить не мог?!
- А ему это казалось неприличным. Звонить большому режиссеру и просить. Поставить в неловкое положение, услышать отказ. А вдруг он уже кого-нибудь выбрал? В результате у меня был знакомый, который дружил с Фоменко, я ему позвонила. Видимо, еще кто-то ему сказал о Меньшикове. И все сошлось.

- Меньшикову нравится, что у него сегодня амплуа романтического героя? Не хочется другого?
- Он, знаю, много лет мечтал о классической оперетте.

- Что с ним запросто можно обсудить?
- Все.

- Что он читает?
- Все. Он образован.

- Что он любит?
- Классическую музыку. Оперетту обожает. Играет на фортепьяно и на гитаре. Может что-нибудь опереточное исполнить, советские песни очень любит. Любит теннис. Любит застолье и прекрасно его ведет. Хорошую компанию любит, хорошую одежду. Стиль свой продумывает.

- Может по прошествии лет запросто позвонить?
- Конечно!

- Что говорит?
- "Привет! Как дела?" Как будто вчера расстались. А то и встречаемся. В ресторан ходим. Нечасто.

- 8 ноября ему исполняется сорок. Как вы думаете, он будет что-то делать к круглой дате? Или, как большой оригинал, скроется от всех?
- Нет, он любит свои дни рождения. Но ведь считается, что сорок лет не надо праздновать? А он достаточно суеверен.