30 апреля на сцене «Под крышей» Театра имени Моссовета «Театральное товарищество 814» покажет спектакль «Демон». Продюсер и художественный руководитель «Товарищества» Олег Меньшиков впервые пригласил для работы над спектаклем театрального режиссера. Предыдущие спектакли «Товарищества» - «Горе от ума», «Кухня», «Игроки» - он поставил сам. Актер Олег Меньшиков впервые после долгого перерыва работает с театральным режиссером. Именно «Под крышей» десять лет назад шел спектакль «Калигула» в постановке Петра Фоменко, где Меньшиков сыграл одну из лучших своих театральных ролей.

- Сейчас ты делаешь второй спектакль подряд с актером-звездой. До этого ты работал с молодыми артистами. В чем разница?

- С молодыми артистами я чувствую ответственность за их судьбы, мне очень хочется, чтобы актеры звучали. Хочется их ярко подать. Быть открывателем какого-нибудь молодого яркого имени, таланта. Впрочем, этого хочется, наверное, всем.

Судьба актера-звезды уже сделана предыдущей работой. И наивно было бы думать, что я его переделаю и заставлю играть по-другому. Грубо говоря, у нас заключен пакт о ненападении. Мы друг другу выгодны. Мне интересно творчески работать с этим человеком, ему тоже. У нас абсолютно бескорыстный взаимный интерес. Потому что я работаю только с теми людьми, которые мне интересны и которых я обожаю. Мне нравится с ними находиться в помещении, говорить с ними по поводу и без повода. Это кайф, абсолютно эгоистическое чувство.

А ответственность в этом случае возникает - за общее дело, за результат, чтобы он не был позором. Но она высшего порядка, это скорее ответственность перед собой. Реализовал ли ты возможность, которую дала тебе судьба, - поработать с таким человеком? Потому что работа с Нееловой или Меньшиковым - подарок судьбы. И мне было бы жалко эту возможность упустить, потому что при их помощи, через них я могу рассказать такие вещи, которые ни в каком другом случае рассказать не смогу.

Я не смогу так поставить Лермонтова с другими, потому что у нас есть один артист, который может это так играть, и этого артиста зовут Олег Меньшиков. И не только потому, что он артист великолепный. Но только он может понять, что это за роль. Это связано с обстоятельствами его биографии, его жизни.

После фильма «Апокалипсис сегодня» к Френсису Копполе пришел молодой режиссер и сказал: «У вас все - вертолеты, массовка, столько пленки... Какое это счастье, а вот у меня ничего нет». А Коппола ему отвечает: «Это ужас, когда у тебя есть все, но ты ничего не можешь. И не знаешь, как снимать эту сцену, и у тебя что-то не получается, это липкий кошмар». Потому что когда чего-то не хватает, всегда можно этим объяснить, почему что-то не получилось. А когда у тебя есть Меньшиков, Чапурин, Бакши, лучшие танцоры, занимающиеся современным танцем в стране, два замечательных молодых артиста - лучшие в своем поколении, художник Симонов, с которым ты всю жизнь работаешь, и великий текст, это так страшно! И это очень ответственно.

- Что это будет за спектакль?

- Сначала я думал назвать его «Шаг к мистерии», это та форма, которая интересует меня в театре. И возможность есть, есть поле для эксперимента, потому что спектакль предполагается камерный, небольшой, в нем можно попробовать то, чего я раньше не делал. Но, репетируя, я подумал, что жанр можно определить как сказку, а в сказке есть мистериальность и есть тайна.

У Лермонтова в подзаголовке - «восточная повесть», но в конце, в последней строфе он пишет «...рассказов, страшных для детей». Так что можно считать, что «Демон» - рассказ для детей. Сказочная история, которая отсылает к очень глубоким и настоящим человеческим чувствам и страстям. Это история про высокие страсти. Про любовь - так до смерти, про веру - так до истовости.





Монолог о театральной моде
© Анна Иванова, "Театральные Новые Известия", 06 января 2005 г.

Надо ценить тонкость.

В 2004 г. Чапурин создает костюмы к Олимпийским играм в Афинах для российских гимнасток Алины Кабаевой и Ирины Чащиной. Но, несмотря на такую насыщенную творческую жизнь, Игорь продолжает сотрудничать с самыми известными театральными режиссерами. Игорь Чапурин: «Вместе с Олегом Меньшиковым».

Первая моя работа в театре был спектакль «Горе от ума». На тот период я был очень занят и, если бы не Меньшиков, наверное, не согласился бы. Но харизматичность Олега для меня – абсолютная величина. Я ему за многое благодарен. Ведь это была его первая крупная режиссерская работа и очень большой риск работы с новичками. Но Олег не побоялся этого.

В театре я увидел совершенно другую визуальную культуру – там все изображается большими яркими мазками. И тогда мне показалось, что этим тоже можно по-разному распорядиться. Можно сделать эмоции дальнего ряда, когда только издали, при приглушенном свете все смотрится очень эффектно, а зрители первого ряда получают не самую лучшую картинку. Мы с Меньшиковым решили все сделать по-другому: у нас «визуальное качество» было доведено до максимального совершенства.

Это была сложная задача – и цветовая, и композиционная, и художественная. Здесь поднимаешь в своей памяти все, что ты накопил за свою жизнь. Все, что дало тебе твое художественное образование, все, что видел в живописи, в старом искусстве. Для меня это было очень интересно.

Если говорить о спектаклях Олега Меньшикова, они все историчны. «Горе от ума» – это ампир, от костюмов той эпохи я взял только силуэты, а в остальном это были самые изысканные ткани. На современном подиуме люди бы аплодировали им как коллекции от кутюр. Это была моя идея – привнести в спектакль тонкий аромат лоска того времени. Это было важно, потому что это был рассказ о человеческих страстях и амбициях, о человеческом ханжестве и тщеславии. Очень не хотелось позволять зрителю вспомнить школьную программу и связанные с ней эмоции. Мне кажется, что в российском театре это был первый опыт использования технологии производства одежды от кутюр в изготовлении костюмов.

Если говорить о другом спектакле Олега Меньшикова, о «Кухне», то это некое превращение временных полей из современности в прошлое и обратно. Люди терялись в этих плоскостях, перемешивались герои разного времени. Нужно было показать естественность этих перевоплощений, и костюмы играли в спектакле колоссальную роль, снимая или надевая их, персонажи мгновенно менялись. Работая над «Кухней», я получил большое удовольствие. Потому что буквально через пару недель у меня состоялся показ коллекции от кутюр, он был насквозь пропитан этим спектаклем. Для меня это был первый опыт художественной отдачи от театра, который подарил мне интересные дизайнерские идеи.

«Демон» был сложнее предыдущих спектаклей. Там появился гениальный «монстр» Кирилл Серебренников. Он переворачивал все стереотипы. Актеры практически не уходили со сценической площадки и молниеносно перевоплощались в новые образы. Например, когда Тамара выходила замуж, в ее образе должна была появиться обреченность. Мы пытались создать момент перехода к символической смерти. Поэтому платье для Тамары было создано из необычной ткани. Это была тончайшая металлическая нить – не толще волоса. И из этой нити был сплетен тонкий металлический шифон, который был расшит коричнево-красными кораллами. В сложенном виде это платье было размером с человеческий кулак. А потом оно разворачивалось и превращалось в большое платье, которое одевало Тамару. Во время сцены смерти Тамары Кирилл захотел, чтобы было видно, как из нее вылетает душа. В Швейцарии мы заказали ткань, которая была расшита вручную. В основе ее была сетка с тончайшим фосфорным орнаментом. Как только наступал трагический момент, уходил свет, платье начинало фосфоресцировать, она поднималась наверх, и так уходила ее душа.

Несмотря на новейшие технологии, все было пронизано исторической эпохой, мы сохранили силуэты, линии, декор. Сохранили ту лермонтовскую историю, которая была им придумана.