«Времени нет вовсе. Оно – не более, чем удобная условность.»
Жан Кокто, «Бремя бытия»
«Вечность имеет обыкновение проходить очень быстро.»
Ник Перумов, «Гибель богов»

Песнь первая. О светской жизни.

Весь московский театральный бомонд был в этот вечер на этой кухне… Нет, не так. Весь московский театральный бомонд был в этот вечер на «Кухне»!
Фото- и телекамеры не успевали снимать прибывающих в Театр им. Моссовета VIP-персон, среди которых были замечены Никита Михалков, Олег Табаков и Марина Зудина, Михаил Козаков, Геннадий Хазанов, Валентин Гафт и другие, чуть менее заметные и чуть менее известные. Все они отложили дела и с роскошными букетами пришли на премьеру спектакля Олега Меньшикова, которая обещает стать одним из самых громких событий сезона.
Об уровне премьерного ажиотажа говорит хотя бы то, что вместе с капельдинерами билеты у зрителей на входе проверяли дюжие секьюрити.
Программка спектакля, где почему-то не указано имя автора пьесы и не отмечены участники премьеры, стоила 50 р., однако это никого не смущало. Ведь только официальная цена билета на «Кухню» достигает 1000 р.
Спектакль начался с опозданием на 15 минут, что для премьеры даже не может считаться серьезной задержкой. Когда же волнение в зрительном зале и за кулисами достигло критической величины, свет погас и на сцене появилась… Кримхильда.

Песнь вторая. О прихотях сюжета.

Да, та самая Кримхильда, жена Зигфрида, героиня эпоса «Песнь о Нибелунгах». Она сидела на авансцене и вышивала рубашку для мужа. В этот момент зрительный зал испытал легкий шок: ведь, по слухам, действие происходит на кухне ресторана. Причем здесь какие-то Нибелунги? Впрочем, этот импровизированный пролог закончился довольно быстро, поднялся занавес, и перед зрителями возникла-таки кухня.
На самом деле, сюжет пьесы довольно запутан, а местами просто невнятен. Есть некий Замок, на кухне которого все и происходит. В замке живет и, по-видимому, держит ресторан с одноименным названием некто Гюнтер. На кухне появляется новенький, которого с Гюнтером связывают некие неясные отношения. Кроме того, есть еще уборщица Надя, бывшая возлюбленная Гюнтера, оказывающаяся Кримхильдой… Вы не запутались, кто кому Вася? Точнее, кто кому Хаген?
При этом, все абсолютно понятно. Трагический сюжет «Песни о Нибелунгах» по странной прихоти неведомо каких богов спроецировался на наши дни. Времена пересеклись, и благодаря колдовству Нади-Кримхильды замок Гюнтера перенесся в средние века, подвергшись нападению гуннов. Что здесь непонятного?

Песнь третья. О постмодернизме и пересечении времен.

Мотив пересечения времен нынче в большой моде. Все повторяется. Универсальность сюжета лежит в основе любой трагедии: каждый может оказаться в ситуации короля Лира или Антигоны. Мы смотрим в зеркало мифа, но видим сегодняшний день. Меняются лишь костюмы и декорации – страсти остаются. Джинсы не слишком отличаются от штанов бургундцев, а современный свитер вполне сочетается с воинским плащом.
Олег Меньшиков вместе с драматургом Максимом Курочкиным попытался максимально ярко воплотить эту идею. Поэтому художник Александр Попов выстраивает на сцене самый настоящий каменный замок, в который вписывает сверкающее никелированным металлом оборудование современной кухни. Поэтому телевизор транслирует сводки новостей, где сообщается о ходе битвы между гуннами и нибелунгами. Поэтому обитатели Замка с легкостью перевоплощаются в своих мифологических прототипов. И пусть не всем этот переход дается одинаково удачно, но с какой мощной внутренней силой играет Оксана Мысина Кримхильду! Она словно выворачивает сюжет наизнанку: не уборщица Надя стала Кримхильдой, а напротив, вдовствующая королева по некоему заклятию обречена выполнять черную работу на кухне.
Конечно, драматургические «стыки» видны, и соединение времен порою кажется несколько искусственным. Принцип ироничной игры с мифом соблюдается, увы, не всегда. Шутливые цитаты из рекламных текстов, пародийный акт убийства дракона – неведомой ящерицы, которую нужно приготовить на ужин, постоянное вмешательство «здравомыслящего» адвоката с призывами прекратить «все это» должны к финалу все больше контрастировать с увеличивающимся масштабом происходящего. Тогда будет оправдан скрытый смысл названия, на который Олег Меньшкиов намекал в своих интервью: миф как кухня цивилизации. Тогда будет совершенно логичным уход трех героев в белых плащах в сияющие ослепительным нездешним светом Звездные врата.

Песнь четвертая и последняя. О сценическом успехе.

«Кухня» обречена на успех. Ходить на «Кухню» станет модным. Все будут сравнивать происходящее на кухне Замка со своим учреждением или офисом. Черты сегодняшнего быта подмечены здесь очень точно. Наверняка «Кухня» станет культовым спектаклем для поклонников фэнтези и компьютерных игр. Еще бы! Обыкновенный парнишка оказывается легендарным героем, побеждающим драконов!
«Кухня» странным образом соединила узнаваемую современность и абсолютную отрешенность от сегодняшнего дня. Что им Кримхильда? Что они Кримхильде? Но в том-то и дело, что в суете будней мы забываем о шлейфе исторического опыта, который сопровождает каждого из нас. Наши предки убивали драконов и делили царства, слушали пророчества и гадали по звездам. И если появится дракон, в ком-то из нас проснется его Убийца.
…А пресса «Кухню» будет ругать. За излишнюю литературность, усложненность сюжета и одновременно за «попсовость». За оперную пышность декораций, вполне подходящих для постановки «Кольца Нибелунгов» Вагнера, и за недостаточную силу сценических эффектов. За то, что очень дорогие билеты, за то, что при этом их невозможно достать. Но как бы то ни было, режиссер Олег Меньшиков поставил свой второй спектакль. И этот спектакль можно назвать удачей. Наверное, репетиционный период был хорошей КУХНЕЙ!

Материал предоставлен OLLO.